Режим работы:

Зимний период (с 01 октября по 30 апреля)

С 9:00 до 18:00

Прием посетителей и продажа билетов с 10:00 до 17:00

Праздничный день – 1 января.

Летний период (с 01 мая по 30 сентября)

С 10:00 до 19:00

Прием посетителей и продажа билетов с 10:00 до 18:00

четверг с 10:00 до 21:00

Без выходных.

Мы в соцсетях

Историко-этнографический музей-заповедник "Шушенское" - уникальный комплекс под открытым небом. Это исторически сложившаяся центральная часть сибирского села конца XIX - начала XX веков. Ежегодно музей принимает свыше 250 тысяч посетителей. Добро пожаловать в музей-заповедник «Шушенское»!

Рейтинг пользователей: / 5
ХудшийЛучший 

Одним из направлений исследовательской работы сотрудников музея-заповедника «Шушенское» является поиск сведений, документов, подлинных предметов, характеризующих жизнь наших земляков в конце XIX – начале ХХ веков. Особый интерес представляют семьи, усадьбы которых сохранились на прежних местах и впоследствии оказались в черте музея-заповедника.

Этот интерес понятен – ведь мы получаем возможность более достоверно рассказывать нашим посетителям о том, как жили, хозяйничали, воспитывали детей наши земляки более ста лет назад. Причём, не просто какие-то среднестатистические «бедняки», «середняки», «богатеи», а конкретные семьи – Зыряновых, Петровых, Черкашиных, Ермолаевых, Потылицыных, Желтовских и других. И это тем более интересно, что живут рядом с нами их прямые потомки. И в судьбе каждой из этих семей, как в капле воды, отразилась непростая история нашей страны.

Заметной фигурой в Шушенском конца XIX – начала ХХ веков был, без сомнения, Эрнест Давидович Урбан, который имел в центре села усадьбу-крепость, вёл широкую торговлю зерном, мануфактурой, вином.

Когда, выполняя постановление о создании в Шушенском музея-заповедника, начали восстанавливать усадьбу Урбана (февраль 1969 г.), было ещё много жителей, в том числе родственников купца, которые помнили усадьбу, торговую лавку, отдельные факты биографии членов семьи. Их воспоминания вошли в увесистую папку, которая хранится в фондах музея. Основное внимание было уделено сведениям об усадьбе. На основании опросных данных, натурного обследования сохранившихся построек, фотографий, раскопок и зондажей был составлен проект реставрации и реконструкции этой усадьбы.

Историческая же справка о хозяине усадьбы более чем скромная, она основана на устных легендах, предположениях, воспоминаниях, без привлечения архивных документов. Но на тот период таких сведений было, наверное, достаточно, тем более, очень «поджимали» сроки сдачи объекта, а в последующие годы активной работы ленинского музея изучение жизни купеческой семьи не поощрялось.

Таким образом, «белых пятен» в истории этой семьи осталось много – когда Урбан появился в Шушенском, за что был сослан в Сибирь, его национальность, годы жизни,  состав семьи, дальнейшая судьба главы семьи и его домочадцев.

За те несколько лет, что мы занимаемся этой семьёй, удалось ответить на некоторые из вопросов. Уточнить дату появления Урбана в Шушенском помогли документы Госархива Красноярского края. Из переписки чиновников  Енисейского губернского управления за 1880 год мы узнали, что Ирина Урбан обратилась с прошением о помиловании мужа и возвращении его на родину. Учитывая, что Урбан «уже 24 года находился в ссылке», прошению дали ход, но запросили из Минусинского окружного полицейского управления сведения о его поведении. Доставленные Шушенским волостным правлением сведения гласили: «Крестьянин из ссыльных села Шушенского Давид-Эрнест Урбан поведения и образа жизни хорошего, занимается торговлей от жены его Ирины Урбан … … в апреле 1877 г. за устройство запрещённой азартной игры в карты подвергнут был штрафу в количестве 25 руб.». Ответ на прошение жены гласил: «… Вследствие помянутой подсудности Урбана ходатайство жены о помиловании его … не может заслуживать уважения».

Из этой же переписки чиновников мы узнаем, что в 1875 г. сам Урбан обращался с просьбой о помиловании и возвращении на родину. Но тогда прошение тоже отклонили, т.к. Урбан имел наказание «за нанесение оскорбления чиновнику Ляторовскому». К сожалению, из документов не ясно, за что же первоначально, 24 года назад, был сослан Урбан. Это предстоит выяснить.

 

Памятуя данные документа о том, что в 1880 г. Урбан уже 24 года был в ссылке, делаем простые расчёты и получаем дату появления его в Сибири – 1856 г. Как ссыльный эстонец он некоторое время жил в Верхнем Суэтуке.. 13 апреля 1858 года в Шушенской Петропавловской церкви «бракосочетались поселенец д. Верхне-Суетукской Давид Эрнестов Урбан лютеранского вероисповедания с дочерью крестьянина с. Шушенского Платона Потылицына - девицей Ириной православного вероисповедания». Метрические книги рассказали нам и о детях четы Урбан. В 1858 г. родился Степан, в 1859 г. – Иван, в 1864 г. – Федор, в 1865 г. – Михаил, в 1873 г. – дочь Мария (умерла через год).

Сведениями о том, с чего начиналось хозяйство Эрнеста и Ирины Урбан, мы пока не располагаем. Но известно из архивных документов, что 30 декабря 1881 года была открыта лавка с мануфактурными товарами в собственном доме Урбан. Товар поступал из Томска, годовой оборот – 4000 рублей.

В «Журнале генеральной проверки торгово-промышленных заведений по Минусинскому округу» за 1882 год в разделе «Село Шушенское» есть такая запись: «Ренсковый погреб в собственном доме крестьянской жены Ирины Платоновны Урбан. … Вино доставляется из Томска от разных лиц. Годовой оборот 2000 рублей». Описание лавки Урбанов находим в «Журнале генеральной проверки торгово-промышленных предприятий Шушенской волости Минусинского округа за 1898 год». Копия этого документа, хранящегося в Госархиве Красноярского края, есть в фондах нашего музея. 16 февраля 1898 года была сделана такая запись: «Лавка с разными товарами крестьянки Шушенской волости Ирины Платоновны Урбан, заведывает сама. Заведение в один покой, с одним входом, одна кладовая, приказчиков нет. Торговля мануфактурными и мелочными товарами и табаком. Товар получает из Красноярска от разных лиц».

Лавка была записана на жену Урбана – Ирину, так как он, являясь ссыльным, был ограничен в правах. Именно поэтому в одном из документов о нём написано: «Занимается торговлей от жены его Ирины Урбан».

Что представляла собой усадьба Урбанов в конце XIX века, видно из исследований авторов реконструкции усадьбы К.М. Губельмана, Л.А. Петрова, Л.М. Шуляк. «Усадьба Урбана занимала территорию около 300 кв. м и располагалась на юго-западном углу перекрёстка улиц Ленина и Крупской (название улиц современное). Самая ранняя постройка его усадьбы относится к 70-м годам XIX века. Это жилой дом, получивший после постройки другого жилого дома и магазина название жилого флигеля. Возможно, что к этому времени относятся завозня с погребом, телятня и прилегающие к ним два амбара … В начале 80-х годов XIX века … отдельно стоящая кухня соединялась с домом крытым переходом-галереей, появился ряд хозяйственных построек: амбары, поднавесы, баня и т.д., с постройкой которых сформировалась усадьба».

Газета «Енисейский листок» за 1894 год сообщала, что 7 июля, когда всё взрослое население было на покосе, в Шушенском случился большой пожар, в котором сгорели 59 домов и в том числе приходское училище. Минусинский исправник обратился с просьбой о пожертвованиях в пользу погорельцев. Среди солидных пожертвователей отмечен Урбан, который выделил 300 пудов разного хлеба и квартиру под училище до постройки нового. Этот факт говорит не только о благотворительности купца, но и о том, что в конце XIX века он был, без сомнения, одним из самых зажиточных людей Шушенского.

Урбан-купец был удачлив в делах, быстро богател. Судьба же Урбана-отца оказалось незавидной – он пережил смерть своих сыновей: Степана - в 1880 году, Ивана – в 1890, Михаила – в 1898 году.

А за два года до смерти старшего сына Эрнест Урбан перенёс смерть сестры Марфы. Сведения о ней обнаружились в Метрической книге Шушенской Петропавловской церкви. Она умерла в 1878 в возрасте 41 года от чахотки и была похоронена на шушенском кладбище. Остается пока загадкой, почему сестра оказалась в Шушенском? Возможно, она добровольно последовала за братом в ссылку. Такие факты, как показывают архивные документы, имели место. Или она приезжала в гости к брату, да и сама нашла здесь свою судьбу – муж Марфы носил такую же фамилию, что и жена Эрнеста – Потылицыных. (Необходимо отметить, что имена членов семьи Урбана были «адаптированы» к Сибири: Иван - Иоанн, Евстолия - Эстелла, Михаил - Мануил, Марфа – Мариетта, Степан - Стэфан).

Сын Урбана Степан умер в 22-х летнем возрасте. Михаил, владевший конно-кожевенным заводом в Бурятии, умер 33-х лет, сведений о его детях нет. Иван, служивший в Туле поручиком 6-го Гренадерского Таврического Его императорского Высочества Великого князя Михаила Николаевича Полка, умер в 31 год. Метрическая книга сообщила нам, что умер он от боли в сердце и похоронен в ограде шушенской церкви.

У Ивана осталось четверо детей – Всеволод, Николай, Евстолия, Валентина. Есть сведения, что Всеволод умер рано. У Николая, умершего в Москве, остались две дочери – Надежда и Галина. Дочь Валентина вышла замуж за богатого Минусинского купца Петра Солдатова. От этого брака было двое детей – Василий и Валентина. Валентину Петровну я уже не застала в живых, а с Василием Петровичем успела встретиться, он помог уточнить некоторые сведения, поделился воспоминаниями. Дети и внуки Солдатовых живут в Минусинске.

Самое богатое потомство оставила Евстолия Ивановна, вышедшая замуж за помощника лесничего Ивана Саввича Бутенко. Детей было семеро – Виктор, Валентина, Надежда, Вадим, Лев, Евстолия, Георгий. Ещё двое умерли в детстве. В настоящее время, к сожалению, из этого поколения никого не осталось, но живут дети, внуки и правнуки. В Ермаковском, например, дочь Льва Ивановича - Людмила Кравцова и одна из дочерей Виктора – Галина. Дочь Вадима Нина Лукьянова проживает в Красноярске, а Светлана Зависнова – в Красноярске-26.

В Шушенском долгие работал учителем Георгий Иванович Бутенко. Это он подарил музею ценные семейные реликвии – 6 подлинных фотографий членов семьи Урбан, некоторые фотоснимки предоставил для копирования. Георгий Иванович передал и старинное зеркало, принадлежавшее его матери. Наличие подлинных предметов особенно ценно для каждого музея, и мы с гордостью показываем их нашим экскурсантам.

Возвращаюсь к теме главы семьи. Известно, что он прожил 73 года, умер в 1903 году. После его смерти торговое дело унаследовал единственный оставшийся сын Федор. Архивные документы рассказывают, что он вёл крупную торговлю, скупал хлеб и отправлял его в Енисейск. С 1916 года торговлей уже не занимался, жил на прежние капиталы и на доходы, получаемые от сдачи в аренду дома и амбаров. В 1929 году Федора Урбана лишили права голоса. В политхарактеристике, подписанной председателем сельского Совета Черкашиным, говорится: «Хозяйство Урбана исторически кулацкое, имел свой магазин, имел стряпок с 20 года, имел 2 дома … доход от квартир 300 руб. в месяц».

В своём заявлении о неправильном лишении его избирательных прав Урбан объяснял, что кулацкого хозяйства не имеет, торговлю не ведёт, хлеб не сеет, потому что болен и неспособен к труду, имея 70 лет от роду.

Ермаковская райкомиссия по пересмотру дел лишённых избирательных прав постановила Урбана из списков не исключать. А в 1931 году фамилия Урбана появляется в документах по раскулачиванию граждан Шушенского сельского Совета с характеристикой «антисоветский элемент, укрыватель золота». (Эти документы хранятся в Минусинском городском архиве).

В 1932 году решением очередной комиссии Урбан с семьёй подлежал выселению из родного села. Но по старости и немощности его оставили, он жил в сторожке и умер зимой следующего года на пороге сельсовета. Этот факт долго помнили старожилы села.

А семью его – дочь Клавдию (1901-1958) с пятью детьми от 10 до 1 года, дав два часа на сборы, вывезли на спецпоселение в Ширинский район. Они жили там на правах спецпереселенцев до 1956 года.

Годовалая внучка Федора, вывезенная в 1932 в Хакасию, выжила несмотря ни на что. Это она – Лидия Александровна Горшкова – потратила много лет жизни на то, чтобы реабилитировать всех оставшихся в живых родственников. Это она стала летописцем своей многострадальной семьи. У неё есть дети (три дочери), внуки и правнуки – седьмое «колено» семьи Эрнеста Урбана. К сожалению, Лидия Александровна уже умерла, но в наших фондах хранятся её воспоминания, несколько старинных предметов из дома деда, фотографии членов этой большой семьи.

Архивные данные, выявленные работниками музея, воспоминания потомков Эрнеста Урбана позволили восстановить генеалогическое дерево этой семьи, узнать много интересного из прошлого села Шушенского.

 

В. Терентьева, заместитель директора

по развитию музея-заповедника  «Шушенское»

 

 

Фотографии

1. Дом Урбана с лавкой на территории музея-заповедника.

2. Глава семьи Э.Д. Урбан (1830-1903).

3. Эрнест Давидович Урбан с семьёй. Фото конца 60-х годов XIX века.

4. И.Э. Урбан (1859-1890). Фото 1884 года.


( 5 Votes )
Интересная статья? Поделись ей с другими: